Большинство опрошенных россиян (82%) сильно беспокоит проблема инфляции, граждане опасаются роста цен и тарифов ЖКХ быстрее своих доходов, показало ежеквартальное социологическое исследование ЦСП «Платформа» и компании «ОнИн» под названием «Карта веры и надежд».
Опрос проводился в марте 2026 года. В нем участвовало 1600 совершеннолетних граждан, которые подбирались по социально-демографическим параметрам.
Примерно 28% россиян не сомневаются, что цены на продукты питания и ЖКХ вырастут в ближайший год куда выше, чем их доходы. Авторы исследования считают, что «такая уверенность является ключевым маркером инфляционной тревожности и отражает фундаментальное недоверие к возможности личных доходов компенсировать удорожание жизни».
В ходе опроса был затронут ряд других тем. Например, о контроле над информационным пространством. Примерно 77% респондентов полагают, что в течение года контроль над соцсетями и медиа ослаблен не будет, причем у 19% в этом нет никаких сомнений.
В то же время респонденты выразили удовлетворение своей личной жизнью — 33% довольны, 47% — скорее довольны, чем недовольны.
Таким образом, опросы выявили высокую степень своего рода «инфляционной тревожности» наших сограждан. Впрочем, такого термина в экономической теории пока нет, сообщил СП экономист, генеральный директор Национального института системных исследований проблем предпринимательства Владимир Буев.
— У терминов, конечно, жизнь разная — они возникают, живут какое-то время и умирают. Но я лично подобного определения не слышал за время учебы в вузе и трудовой деятельности. Однако это определение вполне, наверное, может обозначать высокую степень обеспокоенности по поводу роста потребительских цен. Как красивая метафора — вполне звучит.
«СП»: Но экономическая наука оперирует другим термином — «ожидаемая инфляция». Насколько она оказывает влияние на реальную инфляцию?
— Я не встречал исследований, как российских, так и зарубежных, которые бы продемонстрировали значительное влияние ожидаемой инфляции на фактическую. Впрочем, методики расчёта инфляции бывают разные, порой они меняются.
Здесь можно предположить, что чем выше общая инфляция, которую наши сограждане ожидают завтра, тем активнее они покупают какие-то товары длительного пользования, чтобы потом не переплатить за них. И этот фактор может повлиять на цену какого-то товара в будущем.
Если основной спрос на определенный товар будет удовлетворен в какой-то момент, то покупать его завтра уже будут немногие. Это может способствовать даже некоторому снижению стоимости и соответственно немного замедлять инфляцию. Но это свойственно только для отдельных позиций — одежды, электроники. На продовольственной инфляции это практически не сказывается.
Потому что даже если люди будут знать, что завтра подорожает, скажем, картошка, ее все равно не смогут купить больше какого-то предела.
Финансовый консультант, бизнес-психолог Наталья Колбасина, отвечая на вопрос СП о формировании реальных показателей, напомнила, что по итогам 2025 года инфляция в России составила 5,6% — это минимум с 2021 года.
— Банк России последовательно снижает ставку. Рубль стабилен. Но инфляционные ожидания населения держатся на уровне 13,4% — в 2,4 раза выше того, что зафиксировал Росстат. Это не просто статистический разрыв. Это разрыв между реальностью и восприятием, из которого возникают эмоциональные финансовые решения.
«СП»: Влияют ли такого рода решения на реальную инфляцию?
— Да. И это один из самых недооценённых механизмов в экономике. Инфляционные ожидания — классическое самосбывающееся пророчество. Если человек убеждён, что цены вырастут — он покупает сейчас, пока «не подорожало». Продавец видит рост спроса — и поднимает цену. Работник ждёт инфляции — и требует повышения зарплаты. Работодатель закладывает рост издержек в стоимость товара. Круг замыкается.
Именно поэтому Банк России называет инфляционные ожидания одним из ключевых факторов при принятии решений по ключевой ставке. Регулятор вынужден реагировать не только на то, что происходит с ценами, но и на то, чего люди ожидают.
«СП»: Почему мы чувствуем инфляцию, скажем, вдвое сильнее, чем она есть на самом деле?
— Здесь есть три причины — и все они про устройство нашего мозга. Первая — эволюционный негативный фильтр. Мозг эволюционно заточен замечать угрозу. Новость «масло подорожает на 30%» захватит внимание мгновенно — и прочно осядет в памяти. Новость «инфляция снизилась до 5,6%» пройдёт мимо. Нельзя сказать, что мы не умеем «читать статистику» — мы просто живём, опираясь на ощущения, а не на цифры.
Вторая причина — устаревшие правила. Наши представления об экономике во многом основаны на шаблонах 1990‑х и нулевых годов: «ставка растёт — рубль рухнет», «санкции — значит все пропало». Но мир изменился и прежние корреляции работают иначе.
Сегодня, несмотря на перемены, наш мозг, как старый навигатор, продолжает прокладывать маршрут по давно устаревшей карте, упорно выискивая знакомые ориентиры.
Третья причина — перегрузка информацией. 200 новостей в день ни один мозг не способен адекватно обработать. И включается режим тревоги по умолчанию — даже когда макроцифры вполне рабочие. Это не паника и не иррациональность — это защитная реакция перегруженной системы.
«СП»: Можно ли с этим справиться?
— Да — и на уровне государства, и на личном уровне. Центробанк, кстати, это понимает. Открытая коммуникация, регулярные пресс-конференции, объяснение логики решений — всё это инструменты управления ожиданиями. Чем лучше люди понимают, что происходит и почему, тем ниже инфляционная тревожность.
На личном уровне — это про повышение финансовой грамотности. Не знать, «как открыть вклад», а уметь разделять факты и ощущения. Замечать, когда ты принимаешь финансовое решение на основе тревоги, а не реальных данных.
В исследовании «Платформы» есть важный момент: люди удовлетворены личной жизнью, но тревожатся о «внешних, неуправляемых процессах» — экономике, ЖКХ, медицине. Это точный психологический портрет: мы умеем управлять тем, что у нас в руках, и теряемся там, где чувствуем себя бессильными.
«СП»: Что же делать?
— Рецепт прост — хотя и требует практики. Отделить то, что вы можете контролировать (свой доход, бюджет, эмоции), от того, что контролировать не можете (инфляция, курс доллара, цены на нефть). Принимать решения на основе анализа данных, а не новостной ленты. И помнить: справиться с тревожностью поможет план годового бюджета и самая простая финансовая стратегия.
