Дмитрий Жилинский, «Весна Художественного театра», 1996 г., фото Алексей Поликарпо
Попробуйте подумать о театре, вычеркнув из мыслей всё, что зримо непосредственно на сцене: артистов, декорации, занавес. То, что осталось — и есть «Пространство вдохновения». На выставке представлены портреты и скульптуры исполнителей, зарисовки костюмов, макеты оформления, театральные куклы, афиши и архивные фотографии. Под масштабную экспозицию выделили целый этаж Морозовского особняка.
В одном из первых залов зрителя встречают парадные изображения сценических легенд прошлого: Фёдор Шаляпин, Ирина Архипова, Владимир Атлантов — от оперы; Наталья Бессмертнова, Галина Уланова, Александр Годунов — от балета. Полотна так велики, что, глядя на них снизу, невольно трепещешь перед давно покинувшими мир артистами. В противовес парадным портретам есть зал, называемый организаторами «Театральным фойе». Артисты здесь представлены непринуждённо и живо: кажется, что Олег Ефремов лишь на секунду взглянул на зрителя и вот-вот пойдёт по своим делам. Стирается и граница времени: прямо перед изображением молодого Олега Табакова выставлен его бюст, сделанный много лет спустя.
Эдуард Дробицкий, «Портрет А. Пушкина и В. Высоцкого», 1980 г., Государственный музей Владимира Высоцкого, фото Алексей Поликарпов
Одной из центральных тем экспозиции выступает своеобразный круговорот искусства. Театралы вдохновляются художниками, живописцы — артистами, актёры — стихотворцами, и так до бесконечности. Зураб Церетели, украшая Новую сцену Большого театра, во многом ориентировался на работы Льва Бакста — и вот видеоролик с видами потолочного плафона соседствует с эскизом костюма Шахерезады. Владимир Высоцкий на картине Эдуарда Дробицкого делит пространство с Александром Пушкиным, причём поэты обменялись одеяниями. Владимиру Семёновичу уже доводилось примерять роль Пушкина, когда актёр сочинял свою версию «Песни о вещем Олеге». Теперь и Александр Сергеевич облачился в знаменитую джинсовку советского поэта.
Пожалуй, центром таких переплетений выступает полотно «Весна Художественного театра» Дмитрия Жилинского, по монументальности своей напоминающее церковные фрески. Торжественный завтрак будто невольно созвучен с «Тайной вечерей» да Винчи. Актёры первой труппы МХТ, драматурги Чехов и Горький, писатели Бунин и Мамин-Сибиряк и ещё несколько десятков деятелей культуры — такая пёстрая подобралась компания, в очередной раз подчёркивая единение всех форм искусства в театральных стенах.
Примечательна серия графических зарисовок «Балет» Андрея Ремнёва. Художник много лет ездил в турне с Большим театром, работал в гримёрках и наблюдал репетиции — всё это отразилось в его живых и, несмотря на строгие чёрно-белые тона, нежных картинах. Он работал над серией одной только тушью, но, чтобы передать момент, мастеру достаточно и этого.
Андрей Ремнёв, «MANON», серия «Балет», 2018 г., фото Алексей Поликарпов
Нашлось место и современным технологиям. В мультимедийном зале на экранах показывают процесс работы над оформлением станции «Фонвизинская». Художник Константин Худяков при помощи технологии 3D-сканирования оцифровал актёров в образе героев из «Недоросля» — сейчас эти объёмные картины можно увидеть в метро.
Всего выставлено три сотни экспонатов, но благодаря размеру площадки «скученности» не наблюдается. Всё на своих местах, притом поэтически гармонирует и идейно перекликается. Театр выступает уникальным пространством, притягивающим к себе все виды искусства. А посмотреть на это притяжение и попробовать разобраться в этих переплетениях — милое дело.
