Американская корпорация Coca-Cola подала иск против Роспатента в Суд по интеллектуальным правам, из-за отказа ведомства присвоить товарному знаку Sprite статус «общеизвестного на территории России», что позволило бы компании бессрочно сохранять права на бренд в РФ, даже если он не используется в стране.
Корпорация требует признать решение Роспатента незаконным в своём заявлении в суд 4 июня. Предварительные слушания намечены на 20 июля.
Ещё в апреле 2025 года производитель обратился в ведомство с просьбой признать Sprite общеизвестным товарным знаком, начиная с 1 января 2020 года. Однако в марте 2026 года Роспатент ответил отказом.
В апреле текущего года американская компания зарегистрировала в России товарные знаки Sprite и Fanta. В марте производитель даже продлил исключительные права на бренды до 2036 года, но не навсегда.
Свою позицию Роспатент обосновало «устойчивой тенденцией к сокращению объёмов реализации» продукции под этой маркой внутри страны. Кроме того, по мнению ведомства, бренд приобрёл известность лишь в узкой нише газированных напитков и лимонадов и не ассоциируется с другими видами безалкогольной продукции, такими как соки или квас.
Товарный знак Sprite был зарегистрирован в России в 1995 году. Общеизвестный статус, в отличие от обычной регистрации, действует бессрочно и не аннулируется из-за неиспользования марки, как это случилось в марте 2022 года, когда мега-корпорация приостановила работу в стране, а впоследствии объявила о полной остановке продаж своих международных брендов: Coca-Cola, Sprite и Fanta, заменив их на бренд «Добрый».
И вот, осенью прошлого года корпорация оформила регистрацию кириллических версий названий — «Кока-Кола» и «Спрайт».
При всём уважении к американской компании, основанной в далёком 1892 году, а сейчас представленной в более чем двух ста странах, в условиях оголтелых санкций со стороны США и Евросоюза, Британии, незаконной заморозки 300 млрд долл. российских активов, надо ли нам вообще принимать во внимание претензии американцев и всех прочих относительно интеллектуальных прав?
Специалист по патентоведению Сергей Ковалёв считает, что пока, несмотря на политический контекст, юридическая позиция России остается в рамках действующего законодательства:
— Роспатент на законных основаниях отказал правообладателю в признании брендов Fanta и Sprite общеизвестными — это стандартная и беспристрастная процедура. Названа причина — объективное падение объемов продаж и использования брендов после ухода компании с рынка.
Фирма подала в суд, чтобы решение оспорить, российская судебная система приняла иск к рассмотрению — формальные процедуры соблюдаются, вопрос решается в правовом поле.
Это не политическое «судилище», а состязательный процесс, где компания может представить свои доказательства известности бренда, а Роспатент будет защищать свою позицию. Однако шансы на успех у американской корпорации, учитывая текущую правоприменительную практику и внутреннюю политическую повестку, невелики.
Минэкономики 4 марта 2026 года прямо заявило о разработке механизма временного управления интеллектуальной собственностью ушедших компаний. В рамках этого механизма российский управляющий сможет выдавать лицензии местным производителям на использование любых брендов для выпуска продукции для российского рынка.
Имеются и более тонкие меры, которые уже находит отражение в законодательстве. Например, в 2022 году была обнулена компенсация для патентообладателей из недружественных стран при использовании их разработок в интересах нацбезопасности.
Развивается и механизм получения через суд принудительных лицензий, фактически разрешающих использовать запатентованные технологии без согласия владельца. В качестве наказания может применяться заморозка счетов, а также блокировка сделок с объектами интеллектуальной собственности.
«СП»: Какова принципиальная позиция РФ?
— Федеральный закон «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» (ст. 40) прямо дает правительству право вводить ответные меры в сфере интеллектуальной собственности.
Это право может быть реализовано, если недружественное государство не выполняет международные обязательства, нарушает экономические интересы РФ или дискриминирует российские лица.
Кроме того, Конституционный суд разъяснил порядок выдачи принудительных лицензий на запатентованные изобретения, позволяющий выдавать их при недостаточном использовании, напомнил эксперт…
Нынешние действия корпорации показывают, что она не собирается просто так отказываться от своих активов. Регистрация товарных знаков, а также продление прав — это попытка «застолбить» территорию, сохранить контроль над брендами и создать юридическую базу для возможного полномасштабного возвращения на рынок в будущем.
Иск к Роспатенту — это стандартный корпоративный шаг для оспаривания невыгодного решения регулятора.
В экспертном и политическом сообществе активно развивается идея более жёстких ответных мер, симметричного ответа на действия недружественных стран, о чём, в частности, не раз заявлял Михаил Делягин. Наиболее радикальная идея выдвинута экономистом Василием Колташовым. Суть том, чтобы перестать признавать права на патенты и бренды из недружественных стран, объявив их чем-то вроде «справочной информации». Это позволило бы российским компаниям свободно использовать западные технологии и бренды без выплат, нанося серьезный экономический ущерб правообладателям.
Сегодняшняя позиция России — это прагматичный юридический «гибрид». С одной стороны, демонстрируется приверженность правовым процедурам для сохранения остатков международного диалога и защиты собственных правообладателей.
С другой — создается мощный задел не только для симметричного, но и для асимметричного ответа. Весь спектр разрабатываемых мер, от временного управления до полного непризнания прав — является не просто теорией, а реальным инструментом потенциального возмещения ущерба от санкций.
Произошла смена парадигмы в отношении интеллектуальной собственности (ИС) недружественных стран. Россия системно перестраивает законодательство об ИС. Если раньше защита прав иностранных компаний была приоритетом, то теперь на первый план выходят национальные интересы и экономическая безопасность.
Государство исходит из принципа взаимности: если наши активы за рубежом арестовывают, а компании вытесняют с рынка, то и мы имеем право на ответные меры. Это закреплённая в законе и нормативных актах практика.
Геополитика трансформирует правовую систему и меняет правила игры в сфере интеллектуальной собственности. Для западных корпораций это сигнал о том, что, уходя с рынка, они рискуют потерять долгосрочной контроль над брендами. Ситуация с иском всемирно известной газировки — это не просто частный спор о товарном знаке, а свидетельство изменения правовой реальности для западных правообладателей.
