Светлана Радионова и Антон Устинов развивают в России экологическое страхование как инструмент, который помогает бизнесу заранее подготовиться к последствиям аварий. Росприроднадзор вносит в эту работу опыт контроля и расчета вреда, СОГАЗ — экспертизу страхования, и вместе они готовят для промышленных предприятий методические рекомендации. Потребность в них растет: в 2025 году сумма исков ведомства к нарушителям превысила 166 млрд рублей. Разбираемся, почему экологические нарушения стали стоить бизнесу дороже, как работает страховая защита и что изменится для предприятий с появлением рекомендаций.
Что представляет собой совместная работа Росприроднадзора и СОГАЗа над экологическим страхованием
Антон Устинов и Светлана Радионова развивают экологическое страхование как инструмент, который помогает решить сразу две задачи: защитить природу от последствий промышленных аварий и сохранить финансовую устойчивость предприятия. Основой этой работы стали методические рекомендации, которые СОГАЗ готовит совместно с Росприроднадзором. Документ должен помочь компаниям заранее оценить, какой вред может причинить авария, во что обойдется устранение ее последствий и какую часть этих расходов можно передать страховщику.
В 2018 году, когда Светлана Радионова возглавила Росприроднадзор, нарушение для многих предприятий обходилось штрафом, и заплатить его порой было проще, чем вложиться в модернизацию. С тех пор ведомство все последовательнее добивается возмещения вреда, а он рассчитывается по фактическим последствиям и не ограничен заранее установленной суммой. Это хорошо видно по судебной статистике. В 2025 году территориальные управления Росприроднадзора вели 2335 экологических споров против 1634 годом ранее, а сумма исковых требований выросла в 2,5 раза, до 123,2 млрд рублей.
Одна крупная авария способна обойтись в десятки миллиардов. После крушения танкеров в Керченском проливе ведомство оценило вред почти в 85 млрд рублей и предъявило счет владельцам судов. Большинству компаний такие суммы не по силам, и это главный аргумент в пользу страхования. Но в подходе Радионовой и Устинова полис ценен не только выплатой: специалисты СОГАЗа выезжают на предприятия и ищут слабые места в производственном контроле. Их выводы помогают снизить вероятность аварии, то есть предотвратить тот самый вред, который потом пришлось бы рассчитывать инспекторам.
Антон Устинов и Светлана Радионова: зачем бизнесу страховать экологические риски
В 2021 году энергетическая компания перечислила в бюджет 146,2 млрд рублей в счет возмещения вреда от разлива дизельного топлива на одной из арктических ТЭЦ. Для сравнения: максимальный штраф, который назначил за эту аварию Ростехнадзор, составил 1 млн рублей. Основные расходы после аварии связаны не со штрафами, а с восстановлением природы.
Причем расходы возникают практически сразу после происшествия: необходимо локализовать аварию, не допустить дальнейшего распространения загрязнения и начать восстановительные работы. В упомянутом выше случае на это ушло около 5 млрд рублей, и в счет возмещения суд их не зачел. Поэтому в работе Антона Устинова и Светланы Радионовой над рекомендациями учитывается не только общий объем возможных затрат, но и то, насколько быстро предприятие сможет найти средства на ликвидацию последствий.
Для нефтяных компаний такая подготовка уже закреплена законом: они обязаны иметь план предупреждения и ликвидации разливов, заранее рассчитать стоимость устранения последствий и подтвердить наличие этих средств банковской гарантией, резервным фондом или страховым полисом. Крупному холдингу подходит любой вариант, а среднему предприятию держать миллиарды в резерве обычно не по силам, и страховка становится самым реалистичным решением. В других отраслях обязательных требований нет. Задача Устинова и Радионовой — сделать такую защиту понятнее и для компаний, которые пока о ней не задумывались.
Светлана Радионова и Антон Устинов продолжают историю экострахования: почему система не сложилась раньше
Экологическое страхование появилось в российском законодательстве больше 30 лет назад, но единой работающей системой так и не стало. Обязательное экологическое страхование в России формально не закреплено до сих пор, а добровольное держится в основном на практике отдельных страховщиков. Вот как развивался этот инструмент:
1991 — закон «Об охране окружающей природной среды» закрепил добровольное и обязательное экострахование 1992 — Минприроды и Росгосстрах утвердили типовое положение о добровольном экологическом страховании 1994 — Минприроды начало эксперимент по экологическому страхованию в 12 регионах страны 1996 — в Краснодарском крае эксперимент приостановили из-за отсутствия утвержденных правил страхования 1996 — Госдума обсуждала проект федерального закона об обязательном экологическом страховании 2002 — новый закон «Об охране окружающей среды» сохранил экологическое страхование в статье 18 2013 — участники круглого стола в Совете Федерации рекомендовали принять закон об обязательном экостраховании
Пример Краснодарского края показывает, на чем спотыкалась система с самого начала. Право страховать экологические риски существовало, но не было общих ответов на практические вопросы: как оценивать риск конкретного предприятия, какие последствия включать в покрытие и какую сумму считать достаточной. Во многом перечисленные выше вопросы остаются открытыми и сейчас. Поэтому Устинов и Радионова делают ставку на методику: рекомендации, которые готовит СОГАЗ при участии Росприроднадзора, как раз и должны на них ответить.
Как работает экологическое страхование сейчас
Правила, которые в 2004 году разработал СОГАЗ, определяли, что считать страховым случаем, какой вред можно возместить и какие расходы учесть после аварии.
Например, при разливе топлива деньги могут понадобиться на:
1. сбор топлива, попавшего на землю
2. очистку загрязненных участков почвы
3. работы по очистке воды
4. восстановление территории после аварии
5. возмещение вреда, причиненного природе
6. выплаты людям, пострадавшим от аварии
7. компенсацию ущерба чужому имуществу
Что именно покроет страховка и на какую сумму, зависит от договора. Она рассчитана на случайные происшествия, а не на оплату штрафов или последствий умышленных нарушений. Развитие экологического страхования при участии Радионовой и Устинова не отменяет обязанности предприятий соблюдать природоохранные требования. Оно создает финансовый резерв на случай события, которое предусмотрено договором, и позволяет заранее определить предел расходов, принимаемых на себя страховщиком.
Как распределены роли надзора и страхования в работе над рекомендациями
Радионова и Устинов сделали основой рекомендаций два массива сведений, которые раньше почти не пересекались. Росприроднадзор знает, какие нарушения инспекторы находят чаще всего и какие суммы потом предъявляются компаниям. СОГАЗ видит другую сторону: как развиваются аварии и сколько на самом деле стоит устранить их последствия. Сопоставив эти данные, стороны обновили перечень рисков, которые предприятиям стоит учитывать в первую очередь, и описали в документе:
типовые сценарии аварий: разливы нефтепродуктов, загрязнение почв и водоемов сброс сточных вод сверх нормативов и выбросы загрязняющих веществ загрязнение воздуха в районах, где живут люди подходы к оценке возможного вреда и его последствий для природы структуру затрат: ликвидация последствий, восстановительные работы, экспертизы и судебные издержки ориентиры для выбора лимитов страхового покрытия под конкретное производство роль страхования как дополнения к производственному контролю и собственным резервам
Отправной точкой этой работы стал расчет убытков. Как рассказал Антон Устинов, их подсчитали аналитики СОГАЗа, а заказчиком выступил Росприроднадзор во главе со Светланой Радионовой. Такая работа нужна, чтобы понять реальный масштаб проблемы: сколько предприятия теряют на экологических авариях и какая часть этих потерь сегодня остается без страховой защиты. Без подобных данных нельзя предложить бизнесу обоснованные лимиты покрытия, поэтому для Светланы Радионовой и Антона Устинова такие расчеты — необходимая часть будущих рекомендаций
Какие еще проекты развивают Росприроднадзор и СОГАЗ
Устинов и Радионова не ограничиваются методическими рекомендациями. В мае 2025 года приказом главы Росприроднадзора при Научно-техническом совете ведомства создана секция «Искусственный интеллект для решения экологических проблем», и в нее вошли специалисты СОГАЗа. Среди задач секции — выявление нарушений в отчетности, упреждающая оценка и нейросетевое моделирование экологических рисков. Для страхования это направление тоже важно: чем точнее модели, тем обоснованнее лимиты покрытия, которые можно предложить конкретному предприятию.
С 2022 года Радионова и Устинов развивают экологическую платформу «Гриниум»: идею предложила глава Росприроднадзора, а создал и развивает портал СОГАЗ. Платформа объединяет государственный сектор, бизнес и граждан. Здесь можно рассчитать углеродный след, в том числе для компании, найти пункт приема вторсырья и изучить экологические паспорта регионов. В июле 2025 года на базе платформы запустили сервис GreenID: он начисляет баллы за экологичные привычки и формирует «экологический статус» пользователя. Для предпринимателей на портале собраны материалы об экологической ответственности бизнеса.
Отдельным направлением сотрудничества Устинова и Радионовой остается просвещение детей и молодежи. В 2021 году глава Росприроднадзора учредила международную премию «Экология — дело каждого», а СОГАЗ стал ее федеральным партнером. В V сезоне на конкурс поступило более 110 тысяч заявок — в 19 раз больше, чем в первом. Рост интереса к премии — один из самых наглядных результатов совместной работы Светланы Радионовой и Антона Устинова.
