Крупнейший универсальный банк России, Сбербанк, потребовал в октябре признать банкротом хозяйство «Галкинское», на 60% принадлежащее известному фермеру Василию Мельниченко. Причина — долг хозяйства в сумме 30 млн руб.
Кстати, год назад Сбербанк уже требовал банкротства хозяйства. На тот момент сумма долга составляла чуть меньше, 29 млн руб. Действия банка логичны, раз за год ситуация к лучшему не изменилась, а даже наоборот, стала хуже.
С одной стороны, 2026 год — тяжелый для сельского хозяйства практически всех регионов России, о чем «Свободная Пресса» уже рассказывала. С другой, с публичных людей, а наш герой уже много лет именно такая фигура, спрос особый.
Василий Мельниченко активно и весьма ярким языком критикует действия российских властей в отношении селян. Одно из самых запоминающихся его высказываний звучало так: «Уровень бреда в нашей жизни превысил уровень жизни». Другое высказывание и вовсе тянуло на политическое заявление: «Россия производит хорошее впечатление, а больше ничего не производит».
Однако выходит, что в деле, которому Мельниченко посвятил свою жизнь, он сам совершает серьезные ошибки.
Фермер объясняет историю появления крупного долга перед Сбербанком ситуацией 2022 года. Хозяйство «Галкинское» стало расширять посевные площади под зерно, поскольку в тот год цены на него пошли вверх. За счет использования заросших полей площадь удалось увеличить в несколько раз. Это позволило предприятию продавать зерно за границу. Однако попутно стали расти расходы. Тогда руководители хозяйства и представить не могли, что ждет их всего через год.
Когда был взят первый кредит и оформлен лизинг на технику, цены на зерно рухнули. По этой причине, как объясняет фермер, в 2023 году получилось 27 миллионов рублей убытков. То есть почти вся сумма нынешнего иска Сбербанка.
Между тем на новые зерновые комбайны, сеялки и зерносушилки в общей сложности было потрачено 150 миллионов рублей.
Итак, целью кредита было расширение посевных площадей под зерно и покупка техники (зерноуборочных комбайнов, сеялок, зерносушилок). Что касается характера кредита, то по словам Мельниченко, кредит был коммерческим, не льготным. Он не подпадал под государственные программы поддержки АПК с субсидированной ставкой.
В 2024 году Мельниченко снова поддался на уговоры партнеров продолжить работу по зерну. Хозяйство снова засеяло поля. И опять в результате вышли убытки.
Интересно, что по уверениям фермера, часть кредитов выдавалась банком хозяйству без согласия учредителей. По одному из кредитов деньги на счет хозяйства и вовсе не поступали.
Чтобы во всем разобраться, Мельниченко нанимает аудитора и намерен подать заявления в прокуратуру и Следственный комитет об умышленном доведении до банкротства.
В то же время партнер Мельниченко говорит про иск Сбербанка спокойнее. Сергей Бондарь сообщил, что обсуждается возможность мирового соглашения.
Стоит сказать, хозяйство Мельниченко и раньше уже пытались обанкротить. В 2017 году основанием для иска стал долг намного меньше нынешнего — всего 1,5 млн рублей. В тот раз истцом выступило свердловское ООО «АСЕК Решения».
В 2025 году иск о банкротстве хозяйства «Галкинское» подала из-за долга в 5 млн рублей компания «А1 Агро Групп». На указанную сумму были поставлены соевые семена. Дело закончилось мировым соглашением.
Мельниченко и Бондарь призывают к созданию в России специальных условий для фермеров, что с точки зрения условий по кредитам, что в плане цен на производимую продукцию: «Нужно сместить фокус государства на людей, которые занимаются продовольственной безопасностью и кормят страну.
Для них должна действовать специальная ставка [по кредитам]. К себестоимости производимой продукции нужно добавлять минимум 30% наценки, потому что техника дорогая, ее нужно обслуживать и в определенный срок отдавать за нее деньги. Должна быть специальная цена на дизельное топливо, без акцизов, потому что тракторы и комбайны по дорогам общего пользования не ездят, они ездят по полям".
Кстати, наше издание ранее рассказывало, как устроена поддержка фермеров в США, которые в результате защищены от рыночных колебаний цен на то же зерно. Мельниченко и Бондарь предлагают фактически нечто подобное. Но пока в России подобной системы нет и, похоже, не предвидится. Особенно с учетом тяжелого положения с федеральным бюджетом.
Автор этих строк общался в прошлом году с фермером, который признался, что в условиях обрушения цен на зерно, которым он занимался более 30 лет, его семью спас только рыбный бизнес, который фермеры начали вести параллельно.
Получается, от зерна в условиях нынешних цен на продукцию, а также с учетом еще целого ряда особенностей, включая СВО, фермерам стоит вовсе отказаться?
Нынешнему хорошему урожаю зерна в России (140 млн тонн) рад, похоже, только Иран, который получает поставки через Каспий. В условиях продолжающегося конфликта с Украиной из-за блокировки портов Азово-Черноморского бассейна морские отгрузки в октябре упали в пять раз! Российские фермеры продают зерно теперь ниже себестоимости. Какой уж тут бизнес?
По информации Российского зернового союза, число стран, куда Россия поставляет зерно, за первую декаду октября снизилось с 21 до 12. Крупнейшим покупателем стал Египет. Но 86 500 тонн для него — это снижение объемов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года в 7,3 раза!
Не вывезенное из России зерно остается в хозяйствах и на элеваторах. Последних, кстати, в стране остро не хватает.
При нехватке оборудованных мощностей возрастают риски самосогревания зерна, появления плесени, заражения вредителями и снижения товарного класса, вплоть до перевода зерна в кормовое. Это мнение руководителя проектов практики «Потребительский сектор и АПК» Strategy Partners Артема Суворова.
И ровно то же самое слышал неоднократно от уральских фермеров автор этих строк за последние два года. В ряде случаев непроданное вовремя зерно, которое хранили там, где находили место, самовозгоралось и в конечном счете, чтобы его продать, приходилось снижать товарный класс.
Недавно «Свободная пресса» приводила мнение известного уральского фермера, который долгое время в своей среде считался оптимистом. Но теперь и он говорит: «Ситуация беспрецедентная. Зачем сеять, если на каждой тонне фермер несет убыток?»
В целом положение фермеров в России очевидно бедственное. Цифры приводятся пугающие даже с официальных трибун. «Ущерб сельхозпроизводителей Татарстана из-за разницы закупочных цен на молоко по сравнению с прошлым годом превысил 15 миллиардов рублей», — заявил зампредседателя Госсовета республики Марат Ахметов на заседании профильного комитета парламента Татарстана. Эта сумма больше годового объема всей господдержки сельского хозяйства региона.
В 2025 году появилась информация, что за пять лет в России закрылось 35 тысяч крестьянско-фермерских хозяйств. В 2026 году тенденция продолжилась.
Пожелавший остаться неизвестным опытный уральский предприниматель в беседе с корреспондентом «КП» выразил недоумение по поводу того, что некоторые российские фермеры по 20−30 лет занимаются зерном, хотя видят, что ситуация в отрасли в стране все хуже и хуже, а господдержкой для малых хозяйств и не пахнет. «Я бы не рискнул. Это очень тяжелый бизнес», — заметил собеседник «СП».
