Латвия намерена установить пошлину в 300% на зерно российского и белорусского происхождения. Об этом сообщил премьер-министр страны Андрис Кулбергс.
По его словам, это связано с резким ростом транзита российского зерна через латвийские порты. Рига также обсуждает с соседними странами возможность полного прекращения транзита российского зерна. В результате и Литва рассматривает возможность ограничения экспорта российского зерна через свои порты.
Как уверяет агентство Reuters, вероятные ограничения не должны затронуть транзит грузов между основной территорией России и Калининградской областью. Прибалтийские власти намерены лишь усилить контроль за происхождением грузов и не допустить использования своей транспортной инфраструктуры для увеличения российского экспорта.
Удастся ли прибалтам на этот раз всерьез «отомстить России за шпроты», учитывая тот факт, что из-за атак ВСУ по нашим грузовым судам в Азовско-Черноморском бассейне этот привычный путь нашего экспорта оказался фактически заблокированным?
— Конечно, это намерение крайне нерадостное, — отметил в беседе с «СП» экс-замминистра сельского хозяйства РФ, доктор экономических наук, профессор Леонид Холод.
— И тут дело даже не столько в том, что прибалты вознамерились взвинтить пошлины на транзитное российское зерно тогда, когда ситуация на нашем внутреннем рынке критическая. Перепроизводство зерна у нас в этом году просто сумасшедшее, нам крайне необходим нормальный экспорт. Собственно, с расчетом на него зерно и выращивалось.
Главная проблема в том, что из-за вздутия Литвой и Латвией пошлин до неприличных величин наше зерно рискует не попасть на мировые рынки. А это, ни много ни мало, добрая четверть в общемировом масштабе, поскольку Россия — один из самых крупных поставщиков зерна на планете. Если приплюсовать к этому украинское зерно, которое тоже не выходит на мировые рынки, получается, что мир недополучает в общей сложности треть привычных объемов не только пшеницы, но и ячменя, кукурузы, подсолнечника и так далее.
Это означает, что весь мир столкнется с бешеным ростом цен на хлебобулочные изделия из-за физического отсутствия необходимого количества зерна. Но это еще полбеды. Основная же беда будет заключаться в том, что целый ряд бедных стран — и в первую очередь государства Центральной Африки — вообще положат зубы на полку. На этом фоне там начнется такая свистопляска, что только держись — от социальных бунтов до кровавых войн.
Отгадайте-ка, куда побегут народы Африки спасаться от голода? Правильно, в основном в Европу. И получится, что Прибалтика, мягко говоря, не питающая любви к России и на этой почве делающая крайне некрасивые политические жесты в наш адрес, насолит сама себе, потому что в Евросоюзе будет еще больше хаоса и беспорядков.
«СП»: Наверное, Брюссель отдает себе отчет в подобных последствиях таких намерений «прибалтийских сестриц». Могут европейцы, говоря простым языком, по башке зарвавшимся прибалтам настучать — что вы, мол, удумали, мы тогда вообще в беженцах захлебнемся?
— Брюссель вполне может с такой претензией на прибалтов «наехать». Но меня удивляет другое — почему до сих пор нет никаких телодвижений по этому поводу от ООН вообще и от ее специализированного подразделения ФАО в частности?
Оно ведь специально создавалось с целью координировать международные усилия в сфере продовольственной безопасности на планете и следить за гуманитарными поставками продовольствия.
Ведь зерно и в целом продовольствие, как, впрочем, и медикаменты, согласно международным договоренностям, не санкционируется. А первоначальный замах прибалтов, если помните, был гораздо жестче — ввести полное эмбарго на российское зерно.
Тут бы самое время мировой общественности рявкнуть на Литву с Латвией: «Слушайте, вы там ополоумели совсем со своей русофобией, что ли? Пропускайте давайте российское зерно в третьи страны без выкрутасов, иначе вас же самих и назовут потом губителями человечества. Если, конечно, раньше по голове от голодных мигрантов ломом не огребете». И так цена на зерно сейчас растет просто невиданными дикими темпами, мир уже потихоньку начинает «караул» кричать.
«СП»: То есть вполне можно рассчитывать на то, что прибалтов на этот раз ЕС и ООН образумят, и намерение ввести громадные пошлины на российское зерно так и останется намерением?
— Рассчитывать, конечно, можно. Только в том, что прибалтийский транзит имеет большой экспортный потенциал именно зерна, я сомневаюсь.
Мы, вероятно, рассчитывали в этом вопросе в первую очередь на литовскую Клайпеду.
Это мощный, большой порт. Но, по имеющейся в открытых источниках информации, за последний месяц там только около 40 тысяч тонн нашего зерна отгружено.
По латвийским портам надо смотреть, насколько их инфраструктура именно на зерно заточена. Да и о логистическом плече не стоит забывать.
У нас исторические зерновые регионы сосредоточены рядом с черноморским бассейном. А там у нас сейчас заблокировано порядка 80% отгрузочных зерновых мощностей. Найти полноценную замену им вряд ли получится.
«СП»: У нас есть еще пути для вывоза зерна, кроме Черного моря и Прибалтики?
— Конечно. Используется Каспийское море, мощность маршрута примерно 3 млн тонн зерна. Можно железнодорожным транспортом зерно в Закавказские республики поставлять.
«СП»: А наши северные порты?
— Они не слишком мощные, если говорить именно о зерне. Может, в совокупности и даст 3−5 млн тонн, но это же явно не панацея, когда только мощность группы портов Новороссийска — порядка 21 млн тонн.
«СП»: Где же выход?
— Можно, конечно, расширить транзит через северные порты. Если грамотно наладить перевозку, то можно вполне и наш Дальний Восток к этому подключить. Можно вполне договориться с Грузией, чтобы через нее наладить поставки. И работа в этих направлениях, я вас уверяю, ведется.
Но, думаю, стоит немного подождать, и наше зерно снова пойдет привычным черноморским маршрутом. Если этот коридор не откроется в конечном итоге, плохо будет и всему миру, и нам.
«СП»: Насколько плохо?
— Ну, вспомните, например, «десятые» годы, когда мы ввели ограничения на экспорт своего зерна из-за неурожая. Тогда в Африке произошли сразу несколько революций. Это только в тех странах, где у народа еще оставались силы с голодухи бунтовать.
А в тех, где сил не осталось, люди просто тихо умирали. Но есть же еще и другие страны третьего мира, где люди голодают, тот же Бангладеш. На круг по всему Земному шару, согласно данным ООН, порядка 750 млн человек голодают. Это если говорить о всем мире.
«СП»: А если о нас?
— Если о нас, то крестьянам озимые сеять уже наступает пора. Деньги на это нужны. А еще нужно возвращать долги за прошлые периоды, иначе им новые кредиты не дадут. А где деньги взять, если внутренний рынок переполнен, и предложение превышает спрос? Куда собранное зерно им девать?
В той же Ростовской области, если верить открытым источникам, цены на зерно уже опустились ниже себестоимости. И далеко не факт, что при таких раскладах на следующий год у нас число зернопроизводителей останется прежним, поскольку кто-то, вероятно, уже не сможет этим заниматься. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.
