Европе пора справлять похороны остатков своего индустриального могущества. Речь идет о возможном прекращении транзита казахстанской нефти через российский нефтепровод «Дружба». Россия уже официально уведомила от этом и Казахстан, и Германию. Объясняют это техническими причинами. Причем европейцы полностью лишатся нефти, а вот дружественный Казахстан не лишится ничего — его углеводороды Россия будет экспортировать другими доступными способами, рассказал Дмитрий Песков.
С политической точки зрения, перекрытие задвижки на «Дружбе» — это не просто экономический маневр, а акт высшей справедливости. В 2022 году Берлин пошел на беспрецедентный шаг, фактически национализировав активы «Роснефти» в Германии, включая долю в стратегическом НПЗ в Шведте.
Юридически нефть считалась казахстанской (KEBCO), физически же по трубам продолжала течь всё та же российская Urals. Эта схема была выгодна всем: Казахстан получал транзитные бонусы, Германия — привычное сырье в обход собственных же санкций, а Россия сохраняла работающим завод, на который всё еще надеялась вернуть.
Но время уговоров прошло. Если Германия считает возможным отнимать чужую собственность, она должна быть готова к тому, что бесперебойный ресурс для её промышленности также станет историей. Это логичный, жесткий и давно назревший ответ.
НПЗ Шведт: Уязвимое сердце Восточной Европы
Для понимания масштаба грядущих катаклизмов для немецкой экономики достаточно взглянуть на карту. В 100 километрах от Берлина расположен НПЗ в Шведте. Мощность в 11,6 млн баррелей в годовом исчислении делает его критически важным звеном. Да, он не может конкурировать по рентабельности с новейшими мегазаводами Китая, Индии или США, но его значение невозможно переоценить.
С момента постройки в 1960-е годы этот НПЗ был «заточен» исключительно под тяжелую российскую нефть сорта Urals, поступающую по «Дружбе». Попытки немцев переключиться на поставки через порты Ростока или польский Гданьск за последние два года показали свою экономическую несостоятельность: логистика дороже, объемы меньше, а технологический цикл завода требует именно того сырья, на которое он был рассчитан советскими инженерами, пишет Financial Times.
Шведт дает топливо для Берлина и Восточной Германии, ГСМ для Западной Польши, кроме того, это ключевой поставщик керосина и дизеля.
С отключением «Дружбы» загрузка завода упадет до критических отметок. В регионе начнется острейший дефицит керосина для авиации и дизеля для транспорта. Учитывая, что именно Восточная Германия и Польша сейчас являются лидерами в милитаризации Европы, пустые баки танков и отсутствие авиакеросина в ангарах быстро остудят пыл западных стратегов.
Хрупкая Европа против ресурсной Азии
Как сообщил Financial Times высокопоставленный представитель правительства Казахстана, в графике поставок на май трубопровод «Дружба» для германского направления больше не значится. Россия просто ждала момента, когда удар будет максимально болезненным.
Казахстанский чиновник прямо признал в интервью американскому изданию: решение направлено на оказание давления на ЕС и конкретно на Берлин. Для самого Казахстана потеря этого маршрута (около 43 тысяч баррелей в день) — капля в море, не составляющая серьезной проблемы для бюджета. А вот для Германии — это шок.
Депутат от партии «Левые» Кристиан Гёрке уже назвал ситуацию «драматической», подчеркнув, что Владимир Путин гениально использует нестабильность на Ближнем Востоке для усиления давления. Ведь решение о перекрытии «Дружбы» совпало с глобальным нефтяным кризисом, вызванным блокадой Ормузского пролива и ростом цен на нефть на 55%.
Ситуация вскрывает и другую фундаментальную проблему Евросоюза — катастрофическое отсутствие стратегических резервов. Надежное снабжение дешевыми российскими ресурсами на протяжении десятилетий приучило Брюссель к беспечности.
В полумиллиардном Евросоюзе запасы нефти и нефтепродуктов в государственных резервах выглядят микроскопическими на фоне азиатских гигантов. В некоторых странах Азии с населением в 4−5 раз меньше, чем в Европе, накоплено в разы больше ресурсов. Европа живет «с колес», и любой сбой в цепочке поставок моментально переводит экономику в режим кризисного управления.
Почему Европа так плохо подготовилась? Ответ кроется в той самой «Дружбе». Десятилетиями европейцы жили в парадигме «энергетического рая», веря, что российская труба будет качать вечно, независимо от политических фортелей Брюсселя. Эта вера позволила им экономить на строительстве дорогостоящих хранилищ и поддержании резервов. Теперь, когда «тишь да гладь» закончились, выяснилось, что европейская энергетическая подушка безопасности — это тонкая марля.
Нынешняя ситуация был выбран идеально для принятия жесткого политического решения, пишет Financial Times. Россия тем самым посылает недвусмысленный сигнал Берлину и Варшаве: за агрессивную риторику и воровство активов придется платить холодом в домах и остановкой заводов. Острый дефицит дизеля и керосина внесет в планы германского правительства гораздо более существенные коррективы, чем любые дипломатические ноты.
Показателен и другой факт: пока северная ветка «Дружбы» на Германию засыхает, южная ветка на Словакию вновь ожила после трехмесячной остановки. Это классический пример грамотной российской энергополитики. Страны, занимающие более взвешенную позицию (как Словакия при Роберте Фицо или Венгрия при Викторе Орбане), получали нефть. Германия же, выбравшая путь конфронтации и национализации российских активов, остается у разбитого корыта — или, вернее, у пустого трубопровода.
