Прохладная погода в Западной и Центральной Европе замедлила темпы закачки газа в подземные хранилища газа (ПХГ). По данным ассоциации европейских операторов газовой инфраструктуры Gas Infrastructure Europe (GIE) на 16 мая, средний уровень запасов составил 36,33%, что на 13,5 процентных пунктов ниже среднего показателя за последние пять лет.
В «Газпроме» подчеркнули, что 15 и 16 мая нетто-закачка газа в европейские ПХГ проводилась на минимальном для этих суток уровнях за последние 14 лет, в том числе в Германии, в которой находятся крупнейшие мощности хранения.
Цены на нидерландском хабе TTF последние дни держатся на уровнях $600−620 за 1 тыс. куб. м, что примерно соответствует положению спотового рынка 12 апреля, когда европейские цены на газ пошли вниз после пиков второй половины марта.
Эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков обратил внимание, что прохладная погода, установившаяся в европейских странах в настоящее время, вряд ли создает критическую нагрузку на системы отопления.
— Скорее, напротив: текущий период межсезонья, когда энергия не расходуется ни на отопление, ни на кондиционирование, является идеальным для активной закачки газа в подземные хранилища. Однако европейские компании осуществляют ее медленными темпами.
Думаю, что это происходит исключительно из-за того, что цены на газ даже сейчас высокие. Компании ожидают, что возможно Ормузский пролив все же откроется, что позволит возобновить импорт катарского СПГ и приведет к снижению цен.
Но чем дольше сохраняется подобная выжидательная тактика, тем более уязвимой становится ситуация для европейцев. Ормузский пролив остается закрытым, а время для заполнения ПХГ стремительно сокращается.
Уже через полторы недели наступит июнь, а вместе с ним и летний сезон, сопряженный с высокими затратами энергии на кондиционирование. В результате европейским странам потребуются значительные объемы газа как для текущего потребления, так и для ежесуточной закачки в хранилища. Такой повышенный спрос способен подтолкнуть цены на европейском рынке еще выше.
Ситуация усугубляется решением европейских властей о полном запрете импорта российского СПГ с 1 января 2027 года.
Россия до последнего времени занимала второе место по объемам поставок сжиженного газа в Европу.
Логичным шагом для замещения этих объемов была бы их предварительная закачка в ПХГ для обеспечения энергобезопасности во второй половине зимы. Однако из-за текущих низких темпов заполнения хранилищ, если к началу отопительного сезона их уровень составит лишь 80% вместо целевого максимума в 90%, Европе придется максимизировать суточный импорт в зимний период, особенно после 1 января.
Это означает, что региону придется платить премиальную цену за срочные поставки газа, чтобы перехватить объемы у других покупателей.
Проблема Европы заключается не в невозможности пережить зиму, а в устойчиво высоких ценах на газ в обозримом будущем. Это, в первую очередь, проблема экономическая, которая ведет к новой волне деиндустриализации.
Временное снижение цен на газ во второй половине апреля в свою очередь связано лишь с завершением отопительного сезона в десятых числах прошлого месяца.
«СП»: Генеральный директор Edison Никола Монти ожидает, что в случае подписания мирного соглашения Катар сможет начать поставки в течение 30−45 дней, но лишь в размере 2/3 от законтрактованных объемов. Является ли это позитивным прогнозом для европейцев?
— Представитель итальянской компании говорит не о хороших новостях, о том, что открытие Ормузского пролива не приведет к немедленному восстановлению прежних потоков СПГ.
Катар уже объявил о том, что не будет наращивать производство, как это планировалось в 2026 году. В результате иранских ударов повреждены заводы по сжижению, восстановление затронет около 17% экспортных мощностей на срок от трех до пяти лет.
Даже если Катар заявляет о способности вывести заводы на полную мощность в течение нескольких недель, фактические объемы поставок будут существенно ниже.
Нефтяные компании региона, в отличие от Катара, смогут относительно быстро возобновить отгрузки, используя ранее накопленные в хранилищах объемы и перенаправляя потоки по альтернативным нефтепроводам. У ОАЭ и Саудовской Аравии есть обходные маршруты — нефтепровод к Оманскому заливу и к Красному морю соответственно.
Катар же, экспорт которого полностью зависит от СПГ-терминалов и транзита через Персидский залив и Ормузский пролив, был вынужден полностью остановить производство и экспорт.
«СП»: Как риск продолжения конфликта в Персидском заливе повлияет на Катар?
— Страна в этом контексте оказалась одним из наиболее пострадавших игроков. Нефтяные страны региона могут построить обходные нефтепроводы.
Даже Ирак потенциально способен модернизировать свою ресурсно-транспортную систему для увеличения поставок в турецкий порт Джейхан, тогда как Катар лишен подобных альтернатив.
Даже теоретическая возможность строительства газопровода до побережья Красного моря через территорию Саудовской Аравии, отношения с которой у Катара и так напряженные, потребовала бы возведения дублирующих СПГ-заводов на территории другого государства, что сопряжено с колоссальными дополнительными затратами.
Таким образом, в вопросах экспортной инфраструктуры Катар находится в ловушке без возможности диверсификации.
«СП»: Какие страны смогут заменить катарские поставки для Европы?
— Основную ставку европейцы будут делать на американский экспорт и ускоренную декарбонизацию.
Европейские политики лишь утвердятся во мнении, что рассчитывать на ископаемые источники энергии из нестабильных регионов не следует.
США в свою очередь в ближайшие пять лет планируют ввести в строй СПГ-заводы, сопоставимые по мощности с теми объемами, которые Катар производил до конфликта в Персидском заливе.
«СП»: Вернется ли Европа к потреблению газа на уровне 2021 года?
— Вряд ли это произойдет, хотя, конечно, ничего нельзя исключать. Но все же уход российского трубопроводного газа так и не был полностью замещен. Европа сократила объем потребления примерно на 90−100 млрд куб. м.
Частично выпадающие объемы были замещены за счет американского СПГ. Но по сути, уже произошла масштабная деиндустриализация.
Высокие цены делали экономически выгодными поставки с проекта «Ямал СПГ» в Европу, и в последние годы его доля в европейском импорте росла.
Однако из-за вступающего в силу с 2027 года запрета на закупки российского СПГ этот источник для европейцев также будет потерян.
