Александра Катьер. Пасхальные цветы. Фото предоставлено агентстсвом «Взлет»
На первом этаже располагаются работы французской фотохудожницы белорусского происхождения Александры Катьер, стоит хотя бы ради того, чтобы увидеть ее цикл «Пасхальный букет». Серия возникла, когда художница ездила в дом престарелых в пригород Парижа, где Александра познакомилась с мадам Журно. Некогда она была художницей. Из настоящих радостей у нее осталось не так-то много — визиты к парикмахеру и цветочные букеты по четвергам, которые она получала по подписке, оформленной у местного флориста. Цикл фотографий Александры — «букет» снимков, запечатлевший те цветы, которые присылали мадам Журно. Черно-белые кадры старушку не впечатлили, и было решено их раскрасить, причем красками для пасхальных яиц. Но такое название цикл получил не только по этой причине. Мадам Журно ушла из жизни в мае 2024-го года, а цветы по подписке продолжали приходить — как напоминание, что жизнь сильнее смерти.
Идем дальше и цепляемся за печальный взгляд героини киноплаката «Закованная фильмой» — актриса, с которой писали этот образ, была «человеком-магнитом» в свою эпоху, и несложно догадаться, что этой удивительной женщиной была Лиля Брик, и кстати, плакат — работа Владимира Маяковского.
Игорь Мухин. Москва. Виктор Цой.
По ощущениям, выставка о Лиличке — попытка ответить на вопрос, чем «дышала» икона авангарда. И ответ дают всесторонне: начиная с любимого парфюма, который Брик просила у Маяковского привезти из зарубежных поездок, продолжая любовью (целый стенд посвящен одной только трогательной переписке с Маяковским, который подписывался как «Щен», из рисуночков милой черной собачки в их письмах складывается целый комикс приключений Щена) — «люблю» здесь присутствует в виде того самого кольца-печати, на котором три буквы инициалы Лили Юрьевны Брик «л» «ю» и «б» расположены таким образом, что складываются в бесконечное «люблю». Наконец, искусство — Лиличка, кажется, занималась им всю жизнь, но отнести ее к художницам, актрисам, музыкантам или поэтам нельзя. Она была музой — к ней приходили за «благословением» те, кто потом становились лучшими — Щедрин, Плисецкая, Вознесенский и многие-многие…
Вдохнув аромат парфюма Лилии Юрьевны, отправляемся в путь, и кстати, вместе с ней и Александром Родченко. Когда Маяковский привез Лиличке из Франции «Рено», она получила права, сшила себе специальное платье и отправилась в автопутешествие, а прежде — попросила Родченко ее сфотографировать. Путь держали в Ленинград, но поездка в итоге не состоялась — и дорога была плохой, и «одной ехать скучно и опасно». На память остались фотоснимки, сделанные Родченко — цикл «Несостоявшееся путешествие» то ли открывает, то ли завершает выставку «Даешь автомобиль! Из истории советской автомобилизации 1920-х—1930-х годов». И снова эта же декада, когда кино вошло в нашу жизнь, стало звуковым и навсегда перевернуло мир визуального искусства, и в это же время — автомобили, навсегда изменившие скорость нашей жизни и воздух (во всем мире!).
Роджер Баллен.
Этажом выше «Метро — пульс времени» — путешествие во времени по вехам истории столичного метро от его зарождения, когда идея сотворить настоящее подземное царство была на чертежах архитекторов и до современности. И здесь хоть и кратко, но вспомнили все — и трогательный образ Кольки в лице Никиты Михалкова в фильме «Я шагаю по Москве» Данелии, и хрестоматийное фото Виктора Цоя на лестнице к метро «Кантемировская», сделанное Игорем Мухиным, и снимки из разряда «не все поймут, но многие вспомнят» из 1990-х, когда парочка влюбленных, целующихся у входа в метро (только встретились или прощаются?) соседствует с нищенкой, ищущей в мусорке то ли банки, то ли бутылки… Хрестоматийная картина.
Наконец — большой подарок столичным поклонникам фотоискусства, большая выставка «Театр подсознания» Роджера Баллена. Мастер родился в США, но живет уже долгие годы в ЮАР. Главная фишка экспозиции — премьера его проекта «Инферно» по мотивам «Божественой комедии» Данте Алигьери, но прежде — погружение в контекст творчества Баллена. Странные снимки, например, голова новорожденного щенка между грязных человеческих ступней, или странный человек, рисующий на стенах мелом — оказывается, таков театр художника, тщательно срежиссированные постановки, обнажающие абсурдность мира.
Роджер Баллен. Щенок между ступнями. Из серии «Окраина».
Наконец, самый «воздушный» зал — немецкий мастер Ян Шлегель. Если герои предыдущих выставок искали «воздух» или трансформировали его, то здесь — те, кто его создают. Героями снимков Шлегеля становятся растения, которые он с любопытством исследует в собственном саду, медузы и даже фитопланктон, производящий большую часть воздуха на планете. Кстати, забавное совпадение, но отсюда можно выбраться на крышу музея и глотнуть московского воздуха и взглянуть на пока еще стоящую Шуховскую башню.
