В Законодательное собрание Челябинской области внесен проект бюджета региона на 2027 год и плановый период 2028—2029 годов. Правительство области одобрило проект. Хотя назревают проблемы для региона.
Доходы области на 2027 год предварительно оценили в 299 млрд рублей, расходы — в 336,9 млрд. Документ сохраняет социальную направленность: на соцрасходы приходится 70% бюджета, отметил вице-премьер и министр финансов Иван Родионов.
Заметно резкое падение расходов региона — следствие сокращения доходов. Для сравнения — в последнем варианте бюджета на 2026 год расходы составляли 382,44 млрд руб. Это на 45 млрд рублей больше расходов-2027.
Видимо, в 2027 году грядет серьезное сокращение как раз социальных обязательств. Об этом корреспондент «СП» поговорил с экономистом, руководителем «Центра анализа и прогнозирования» Сергеем Гордеевым.
«СП»: Похоже, сбылся ваш прогноз о сокращении расходов бюджета Челябинской области. Хотя возможны корректировки. Может, где-то найдут дополнительные доходы?
— Такое сокращение расходов быстро невозможно компенсировать. Более того, негативные процессы только начались. Да, сокращение расходов было ожидаемо. С другой стороны, такого развития событий власти очень боялись. Была надежда, и остается до сих пор, что получится всё исправить.
«СП»: Есть такие шансы?
— В тени остается серьезный финансовый разворот, секвестр. На федеральном уровне запланирован небольшой рост расходов на 2027 год. Но в регионах (в частности, в Челябинской области) закономерностью становится фактический секвестр, то есть масштабное вынужденное сокращение расходов по многим направлениям.
«СП»: Какие расходы пойдут под нож?
— Сначала надо разобраться с масштабом спада. В Челябинской области мы откатываемся на уровень примерно 2020 года. Похожая ситуация и во многих других регионах страны. Одни лишились отчислений от сверхдоходов, другие потеряли доходы от налога на прибыль. Сейчас все налоговые изменения связаны прежде всего с необходимостью стабилизировать бюджет Российской Федерации. С регионами сложнее. Новых весомых источников доходов в регионах не видно. Есть несколько стабильных налогов типа налога на имущество и отчасти НДФЛ. А сборы даже от акцизов начали падать. Про налог на прибыль не говорю. Хорошо, если он не уйдет в ноль. Масштаб падения доходов и далее сокращения расходов по регионам различны.
«СП»: Падение расходов крупного региона на 45 миллиардов — это серьезно.
— Падение расходов на 10−15% — только начало. Уточнение будет в первой половине следующего года.
«СП»: Хотя бы получится свести концы с концами?
— Есть вопрос по эффективности секвестра. Само по себе падение расходов еще не критично. Бюджет регионов содержит статьи, которые можно без особых потерь сократить. Прежде рост финансирования по ним считался признаком развития. В итоге появился резерв — финансовый жирок.
«СП»: Что именно попадет под секвестр в Челябинской области?
— Вопрос принципиальный: накопленный жирок отрежут или будут резать по живому? Пока неясно, какие будут решения. Самое худшее, если будет пропорциональная механическая резка всего.
Кстати, секвестр проводят обычно втихую. В Челябинской области расходы и доходы в течение 2026 года упали более чем на 15 млрд руб. Но серьезного обсуждения этого не было. Какие расходы порезали, непонятно. В том числе в социальном блоке. Появляется много отложенных вопросов.
«СП»: Если в 2027 году будут серьезно резать расходы, пострадавшие должны, наверное, среагировать?
— Бюрократический принцип управления — резать равномерно все направления. Но это будет губительно. На критически значимых направлениях будет потеряна часть финансирования. Яркий пример — история с финансированием зарплат бюджетников Челябинской области в 2026 году, без индексации на уровень инфляции. Серьезная реакция будет позже.
«СП»: Пока бюджетники не протестовали.
— Выясняется, деньги были заложены. Но их не выделили. Ждут, что учителя начнут покидать свои рабочие места?
«СП»: Куда пойдут уволившиеся учителя?
— Либо в регионы, где лучше платят, либо просто сменят сферу деятельности. Восстановить потерянные кадры потом будет крайне сложно. И так проблема с молодежью в бюджетной сфере обостряется. Система держится на работниках предпенсионного и пенсионного возраста. Но о чем пока не говорят, это каковы масштабы структурных изменений в финансировании и какие будут последствия.
«СП»: Напомните, что такое структурные изменения?
— Речь про структурные изменения, связанные с механизмом финансирования или изменением финансирования внутри направления. Приведу пример, который на слуху. Финансирование лечения онкобольных сокращено на федеральном уровне почти на 80%.
«СП»: Я видел эти сообщения. Потом последовали опровержения. Мол, средства перераспределены на другие направления.
— Эти средства перераспределяются в районное звено, поликлиникам. Но онкология — это специфические дорогостоящие препараты, их в районных поликлиниках даже не видели. Если эти деньги придут в общей массе, не факт, что они будут использованы именно на лечение онкологии. В районных поликлиниках полно разных проблем, требующих решения. Так что ряд направлений может остаться без финансирования. Последствия понятны. На счастливый исход пациентам рассчитывать не приходится. Риски таких структурных сбоев налицо. Как видим, направить деньги и обеспечить их целевое использование — совершенно разные понятия. И таких ситуаций может быть много.
Ранее описанная ситуация с бюджетниками в Челябинской области может привести к системным сбоям в образовании. Но гораздо хуже, если денег не хватит на плановые платежи, например, начиная с коммунальных. Тогда возникает кризис неплатежей. Уже есть случаи, когда говорят, что денег нет, и оплата будет только по решению суда.
«СП»: Даже не угадать, где и что может порваться в структуре расходов?
— Понять бы, насколько реальные доходы и расходы заложены в проект бюджета. Возможно, доходы несколько завышены. А если под необеспеченные доходы даны бюджетные обязательства, возможно, что по итогу бюджет окажется их не в состоянии оплатить.
«СП»: Вопрос смещается на первое полугодие 2027 года. Будет плохо. Но неясно, где именно будет тяжелее всего.
— Сейчас происходит изменение структуры бюджета. Если всё делать грамотно, это не катастрофа. Но если в 2026 году, не нашлось денег на индексацию зарплат бюджетникам, сложно ожидать, что они найдутся в более острой финансовой ситуации 2027 года. Тем более что на таком сложном финансовом фоне в Челябинске продолжали менять тротуарную плитку и ограждения на улицах города. Непонятные, на мой взгляд, траты. Абсурд.
«СП»: Пир во время чумы?
— Здесь провалы планирования и различие финансовых интересов. Городу важно полное плановое освоение всех выделенных средств. Идея экономии средств за счет эффективности сюда не доходит.
«СП»: Проблемы с расходами есть и в других регионах страны. В Иркутской области один из округов к 1 января сократит 37% бюджетников. В Приморье начинают резать соцрасходы со ссылкой, что деньги нужны на задачи, связанные с СВО.
— Некоторые регионы с 2021 года жили в условиях высоких доходов. Сейчас из-за падения доходов они возвращаются к скромным расходам эпохи ковида. Хотя прежде прогнозировали, что финансовое изобилие продолжится.
«СП»: За эти годы один только официальный уровень инфляции, наверное, составил 50%.
— Если не больше, а крайний теперь региональный минфин. Но эффективное проведение любого секвестра бюджета — дело всех министерств и ведомств, а также муниципалитетов. Минфин лишь подводит итоги.
