Европейцы растеряла весь свой флер про «зелёный переход» и «устойчивое будущее». Осталась грубая реальность: евробюрократы выглядят как люди, который с важным лицом рассуждают о будущем, не проверив, есть ли у них бензин доехать завтра до работы.
Издание Politico убедилось: в статистике Евросоюза огромное «слепое пятно» в данных по запасам топлива. Проблема в том, что значительная часть топлива хранится у частных компаний. А они не обязаны раскрывать данные. И не раскрывают. Потому что рынок, конкуренция и всё такое.
В итоге чиновники собирают картину как пазл из половины деталей. Где-то есть цифры по государственным резервам, где-то — устаревшая статистика Eurostat, а всё остальное — догадки.
Даже Международное энергетическое агентство (МЭА) работает с ограниченной информацией. То есть глобальная система мониторинга — тоже с дырками, пишет Politico.
Раньше европейцев все это мало волновало, но на фоне войны в Персидском заливе стало понятно: есть ты сам ничего не знаешь о собственных запасах, то не можешь даже просчитать цены.
Деньги текут быстрее, чем нефть
Европа теряет около 500 миллионов евро в день из-за роста цен на энергию, пишет издание Brussels Signal. Причем это происходит на фоне признания, что точных данных по запасам нет. То есть деньги сгорают в режиме «мы не до конца понимаем, что происходит, но платим».
И, конечно, тут вступает в силу классическое европейское решение — залить проблему деньгами. Весь мир начинает экономить топливо — сокращает перелёты, стимулирует удалёнку, режет потребление. А Европа? Европа делает вид, что всё нормально.
Почему? Потому что экономить — непопулярно у избирателей. У тебя растёт дефицит, но ты боишься попросить людей меньше жечь топливо, потому что над политиками висит дамоклов меч предвыборных рейтингов. Достаточно вспомнить «жёлтые жилеты» во Франции. Европейские политики этот урок выучили: лучше дефицит, чем бунт.
В итоге из более чем 180 принятых европейскими властями мер — почти ни одной, которая реально снижает потребление, подсчитал Reuters. Зато субсидии, компенсации и прочая финансовая косметика — пожалуйста.
Нефть показала, кто тут взрослый
По данным Института экономики энергетики и финансового анализа (IEEFA), последний достаточно полный набор данных был собран евробюрократами лишь в январе.
Но даже на тот момент многие европейские страны (среди них, например, Латвия, Ирландия, Кипр) не выполнили требование блока о наличии запасов нефти и нефтепродуктов, достаточных для обеспечения поставок в течение как минимум 90 дней. В других же странах, по оценкам IEEFA, стратегические запасы в основном состояли из сырой нефти и дизтоплива, а вот запасы бензина и авиакеросина были крайне ограничены.
Болгарское издание Novinite сообщает: с начала войны в Персидском заливе быстрее всего дорожал именно дизель — основа европейской экономики. Почему? Потому что он везде. Логистика, промышленность, транспорт — всё работает на дизеле. Рост цен на дизель был самым критическим в четырех европейских странах: это Эстония, Люксембург, Бельгия и Болгария, пишет Novinite.
На втором месте по подорожанию — авиакеросин, где Европа сильно зависит от импорта из Персидского залива. Однако, как пишет Politico, отслеживать запасы авиационного топлива, хранящегося в основном в подземных резервуарах, крайне сложно. Данные о запасах топлива в основном берутся из добровольных отчетов компаний, которые отказываются делиться ими.
В итоге вырисовывается такая картина. Запасы бензина и авиационного топлива — крайне ограничены. Данные по ним — мутные и половинчатые, а государственного контроля — вообще нет! Может, им Ленина имеет смысл почитать, он много говорил о пользе учета и контроля?
В итоге евробюрократы, которые любят регулировать всё — от кривизны огурцов до выбросов CO₂ — внезапно оказывается бессильным, когда речь идёт о реальных запасах топлива.
Осознав, что ситуация выглядит как управленческий позор, в Евросоюзе вдруг решили создать «обсерваторию топлива». Звучит как что-то из научной фантастики. На деле — это попытка наконец начать нормально считать то, что должно было считаться всегда.
Но есть нюанс: систему ещё только планируют; как она будет работать — неясно; согласятся ли страны делиться данными — вопрос открытый. То есть пожар уже идёт, а они обсуждают, где поставить датчики дыма.
Впрочем, у Евросоюза есть всегда хорошая «отмазка»: надо в очередной раз во всех своих бедах и проблемах обвинить Россию. Это очень удобно.
