Россельхознадзор с 23 июля ограничивает ввоз в Россию подкарантинной продукции от 5 узбекских экспортеров, которые допустили наибольшее количество нарушений фитосанитарных требований.
Попавшие под раздачу компании поставляют белокочанную и цветную капусту, репчатый лук, укроп, петрушку, виноград, свеклу, томаты и другие.
Только с начала 2026 года ведомство 132 раза выявляло в поставляемой продукции вирус коричневой морщинистости плодов томата, южноамериканскую томатную моль, западный (калифорнийский) цветочный трипс, бенивирус некротического пожелтения жилок свёклы.
«Систематическое нарушение российских и международных фитосанитарных требований подтверждает недостаточную эффективность системы Узбекистана по обеспечению безопасности поставляемой на российский рынок подкарантинной продукции», — подчеркнули в Россельхознадзоре.
В мае ведомство опубликовало информацию (позднее удаленную) об ограничении на поставки сельхозпродукции десяти узбекских экспортеров. Решение тогда не реализовали, стороны провели переговоры по обеспечению безопасных поставок узбекской продукции.
Кроме нее еще несколько месяцев назад был ограничен ввоз овощей, фруктов, цветов, рыбы и рыбопродукции из Армении.
Доктор экономических наук Леонид Холод обращает внимание, что решение Россельхознадзора касается лишь пяти предприятий.
— Из Узбекистана завозит свою продукцию огромное количество юридических лиц, поэтому давайте надеяться, что если речь о пяти, то с политикой это связано быть не должно.
Даже когда это так, все равно никто прямо не скажет. По правилам международной торговли экспорт и импорт регулируются таможней и т. п.
В данном случае давайте будем верить, что это чистая техника, которая имеет под собой все основания, тем более что речь идет о пяти поставщиках. Там зелень, огурцы, лук, помидоры. Про фрукты речь не идет. То есть конкретные поставщики определенного товара.
Даже у меня на огороде, когда траву рву, из нее куча живности вылезает. А когда речь идет о товарных партиях, там пока довезут, на склад положат вместе с другими продуктами, живность может съесть все, что и вы довезли, и другие. А еще и переселиться на местные.
Из Узбекистана несложно получить эти проблемы, учитывая структуру сельского хозяйства. Там производители — это либо агрофирмы, которые не очень занимаются мелочью, либо частники.
Не думаю, что это политика. Она по-другому выглядит.
«СП»: Ранее были ограничены поставки из Армении. Теперь Узбекистан. Как это на прилавках отразится — товара будет меньше, а цены выше?
— Узбекские поставки очень большие, но для потребителей новость плохая, потому что мы не знаем, о каких объемах идет речь.
Огурцы у нас сейчас свои, тут вряд ли рынок как-то отреагирует. Узбеки тоже хитрые — они поставляют, когда у нас нет.
То же самое касается помидоров. Они вкусные и очень дорогие, но это в несезонье и полусезонье.
Весной, например, все знают, что узбекские помидоры лучше, но они стоят до 800−900 рублей. Сейчас есть куча альтернатив: азербайджанские, турецкие, наши южные — разных категорий качества: от очень вкусных до «пластиковых». В таких условиях конкуренции вряд ли речь может идти о миллионах или сотнях тысяч тонн.
Зелень — она и в Африке зелень. Сейчас тоже сезон, ее поближе к Москве можно найти и с меньшими логистическими издержками доставить.
То же самое касается лука. У них, правда, есть лук уникальный по вкусовым качествам — сладкий, его можно, как яблоко, есть. Он дорогой, салатный. Это аналог крымского лука. Вряд ли будет беда (от ограничения поставок — «СП»).
В отличие от армянских, узбекские поставки большие. Армянские — 110 тысяч тонн при нашем плодоовощном ввозе 6 млн тонн.
Сейчас из Узбекистана ввозят больше фруктов. Они очень хорошие и сбивают цены. Если их перестать поставлять, то на внутреннем нашем рынке будет не очень хорошо, а для покупателей совсем плохо.
Сейчас, например, сезон на очень вкусные зеленые нектарины, их поставки сбили цену всем конкурентам — продавались по 200 руб., сейчас уже по 120−130, а в сетевых магазинах еще и со скидкой.
Поставки абрикосов из Армении узбеки перекрыли своими — крупными, хорошими. Теперь «Шалахом» (сорт абрикосов армянской селекции — «СП») называют все.
«СП»: То есть речь действительно не о политике, а именно о безопасности?
— К счастью, речь не идет о реально больших поставках. Это первое.
Кроме того, это плохо было бы для наших взаимоотношений, потому что узбеки на Россию рассчитывают. В данном случае — как на покупателя. Там созданы большие логистические центры, которые скупают продукцию у населения, которое в основном это выращивает. Агрофирмы создаются, огромные сады заложены под Россию.
У нас даже ходит поезд-экспресс, который от нас возит птицу и мясо, масло, кондитерские изделия, мороженое и др., а оттуда рефрижератор за 5 дней привозит фрукты. Такая логистика есть и позволяет легко доставлять плодоовощную продукцию Узбекистана.
Если, к сожалению, произойдёт что-то неладное, они скажут «вот те и друзья» и отправят это в какую-нибудь другую страну. Продукция у них конкурентоспособная. Узбеки хорошие огородники и садоводы.
«СП»: А российские аграрии в случае чего выпавшие объемы потянут?
— У нас объем импорта — 6 млн тонн, а объем потребления плодоовощей — 15 млн. Продукция пяти хозяйств — это даже не капля в море.
Сладкий лук — вряд ли придет из какого-то другого места. Зелень — без проблем, она и в Подмосковье уже растет. По огурцам тоже — сейчас в гигантском количестве пойдут луховицкие, а южные давно уже везут.
Вот когда Иран в феврале-марте вышибли из седла, это была проблема, потому что он в то время поставлял на рынок продукцию, которую мало кто еще к нам. Потеря Армении не чувствовалась, потому что объемы маленькие и товар заменимый, кроме их великолепного «Шалаха».
«СП»: Проблемы с топливом уже влияют на цены. Теперь еще ограничения поставок овощей и фруктов. Что с инфляцией будет?
— Топливо — прямой инфляционный фактор. Так или иначе фрукты, овощи надо возить с поля до хранилища, они работают на каком-то топливе, потом до магазина надо довезти, там холодильники, а это электроэнергия, выработанная из какого-то вида топлива. Всё включается в себестоимость.
Повлияют ли ограничения поставок из Узбекистана? Мы не знаем три вещи. Первое: ограничится ли все только названным перечнем. Если да, то не повлияет.
Второе: ограничится ли список только пятью поставщиками или еще 105 в стадии расследования?
Третье: о каких объемах идет речь? Это может быть кто-то, поставляющий «каплю в море», а может быть холдинг с объемом в миллион тонн.
