Только за четыре месяца 2026 года экспорт сельхозпродукции из России увеличился на 4,9 млн тонн (21,8%) по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — это данные Россельхозбанка (РСХБ).
«Этому способствовали как высокий уровень насыщения внутреннего рынка, так и внешняя конъюнктура», — сообщили в РСХБ. В банке отметили, что азиатские, африканские и ближневосточные страны всерьез опасаются дефицита удобрений и засухи, поэтому активно наращивают запасы аграрной продукции.
«Внешняя конъюнктура» — это и перекрытие Ормузского пролива, и внезапно набравшее силу глобальное климатическое явление Эль-Ниньо. Из-за него повышается температура воды в Тихом океане, следствием чего становятся засухи и прочие стихийные бедствия в экваториальном поясе. А значит, возникает угроза голода — и нужно запасаться продовольствием.
Соответственно поставки российского продовольствия в Китай в январе-апреле 2026-го выросли более чем на треть. Экспорт подсолнечного масла в Египет поднялся за это время более чем на 25%, чем за тот же период год назад. Также более чем на четверть выросли продажи соевого масла в Алжир.
Кроме того, удалось нарастить до 37 тыс. тонн (на 89%) экспорт свинины в Поднебесную, что составляет почти половину всех прошлогодних экспортных поставок этой продукции, отметили в банке.
Конечно, блокирование Ормузского полива благоприятствует российским аграрным экспортерам, заявил экономист, ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников.
— Там ведь оказался перекрыт проход не только для экспорта нефти и газа, но не могут пройти и сухогрузы, доставляющие продовольствие странам региона. В то же время у нашей страны тут есть возможности доставить эту продукцию, поскольку выстроена необходимая логистика через Черное море, проливы Босфор и Дарданеллы, и другие маршруты. Кроме того, есть маршрут через Сирию и дальнейшим переходом на железнодорожные пути.
Кроме того, мы можем предоставить некоторые и ценовые преимущества по ряду экспортных аграрных товаров. Не секрет, что после ближневосточного кризиса мировые цены на продовольствие сейчас в среднем по индексу ФАО повысились примерно на 10% по сравнению с предыдущим годом, что сильно напрягает многие страны. И это тоже заставляет их внимательно оценить российские предложения.
«СП»: Возможности появились не только для производителей продовольствия…
— Верно, после начала военных действий на Ближнем Востоке произошел скачок цен на удобрения — в среднем на 15% по сравнению с прошлым годом. Особенно подорожали азотные удобрения. Так что, ценовые и логистические преимущества благоприятствуют нашему экспорту.
«СП»: Но ведь это временные факторы.
— Да, как только Ормузский пролив откроется, через две-три недели там наладится нормальный грузопоток. Причем в первую очередь там будут налаживать движение именно продовольственных товаров, а уже затем энергетических.
«СП»: И все преимущества для наших экспортеров исчезнут?
— Нет худа без добра — привыкание игроков и контрагентов к российскому продовольствию может создать для них дополнительные мотивации в дальнейшем. Ведь наша страна зарекомендует себя надёжный поставщик, у которого четко выстроены все схемы транспортировки и оплаты.
В каких объемах закупки у нас продолжатся? Посмотрим. Но дополнительные позиции для нас рынке вполне могут появиться.
Кроме того, сейчас у нас наблюдается некоторое ослабление рубля. Если он до конца года будет слабеть, как предсказывают аналитики из Минэкономразвития, примерно до 80 рублей за доллар — это станет дополнительной экспортной премией нашим производителям и экспортёрам.
Этот фактор тоже способен поддерживать объём российского аграрного экспорта и, может быть, даже несколько увеличить его.
Показатели, которые приводят таможенники, совпадают с информацией РСХБ, отмечает руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая.
— По данным Федеральной таможенной службы, в январе-апреле российский экспорт продовольственных товаров и с/х сырья в долларовом выражении увеличился на 21,4% по отношению к аналогичному периоду прошлого года.
В то же время поступления от экспорта минеральных продуктов (к которым относятся, в частности, нефть и газ) были всё ещё на 6,3% ниже, чем за 4 месяца 2025 года, что объясняется низкими ценами на нефть в начале года.
«СП»: Может ли экспорт нашего продовольствия выйти на уровень с поставками энергоносителей?
— Конечно, рост экспортных доходов от продукции АПК — положительный фактор, в том числе и для доходов бюджета, однако доля продовольствия и сельскохозяйственного сырья в структуре экспорта (чуть более 10%) несопоставима с долей минеральных продуктов (более 50%).
Впрочем, из-за конфликта на Ближнем Востоке нынешней весной бюджет стал получать дополнительные нефтегазовые доходы, и даже сейчас, несмотря на снижение, они остаются высокими.
«СП»: У нас покупают продовольствие из-за того, что азиатские, африканские страны не могут купить его у партнеров поближе?
— Россия традиционно занимает сильные позиции на продовольственных рынках стран Азии, Африки и Ближнего Востока за счет благоприятного сочетания цены и качества продукции, а также хороших внешнеполитических отношений со многими из этих государств.
Фактором благоприятной ценовой конъюнктуры на рынке сельхозпродукции этой весной был резкий рост цен на удобрения и топливо из-за перекрытия Ормузского пролива, и опасения, что цены на продовольствие могут вырасти еще сильнее при затяжных перебоях с поставками и новом витке ускорения глобальной инфляции.
Сейчас появились достаточно хрупкие надежды на деэскалацию конфликта и постепенное открытие пролива, это способствует коррекции вниз цен на многие сырьевые товары и большему влиянию на цены фундаментальных факторов (погодные условия, прогнозы урожая).
Однако возросшие из-за энергетического шока глобальные издержки, вероятно, еще будут переноситься в цены продукции, поддерживая их на более высоком уровне, чем ожидалось в начале года.
