Минфин намерен установить запрет на снятие пенсионерами своих средств по программе долгосрочных накоплений с государственным софинансированием в течение пяти лет.
Выяснилось, что женщины и мужчины, достигшие, соответственно, возраста 55 и 60 лет, использовали ее как срочный вклад с повышенной доходностью. Пользуясь своими законными правами, всего через год после вступления в программу, которая рассчитана на 15 лет, они выводят из нее средства сразу после поступления на свои счета денег от государства. Так, только в III квартале 2025 года граждане предпенсионного возраста вывели из ПДС в общей сложности почти 18 млрд рублей.
«Мы говорили, что те деньги, которые государство направляет на софинансирование, должны быть стимулом именно для долгосрочных сбережений. Потому эта программа и называется программой долгосрочных сбережений. К сожалению, возникла некая правовая коллизия, которая позволяла определенным категориям граждан выводить средства, которые государство намеревалось вкладывать вдолгую, через один год. Наша инициатива — эту правовую коллизию убрать», — заявил по этому поводу замминистра финансов РФ Илья Чебесков.
Представители коммерческих бизнес-структур каких особых проблем ни в сложившейся ситуации, ни в самой ПДС не увидели. Получается, это Минфину в очередной раз стало жалко государственных денег для нищих пенсионеров?
— ПДС является одним из самых быстрорастущих финансовых инструментов, — отметил в беседе с «СП» ведущий аналитик международного брокера AMarket Игорь Расторгуев.
— По данным монетарных властей на начало 2026 года в ней участвует уже более 10,5 млн человек, а объем привлеченных средств перевалил за 717 млрд рублей. Только за 2025 год люди внесли туда 307 млрд рублей, что в три раза больше, чем в 2024-м. Поэтому для государства это уже сформировавшийся инвестиционный ресурс, который должен работать на экономику.
Когда выяснилось, что только за третий квартал прошлого года пенсионеры досрочно вывели 18 млрд рублей (а это 88% всех досрочных снятий), то Минфин просто зафиксировал проблему — люди используют «длинные» деньги как сверхдоходный вклад с бонусом от государства, что противоречит самой идее программы.
Впрочем, выведенные из системы 18 млрд рублей — это капля в море по сравнению сотнями миллиардов, которые в системе остаются. Считать, что люди бегут из ПДС из-за разочарования, было бы ошибкой — общий объем накоплений в ней растет.
Однако экономисты придерживаются несколько иного мнения на этот счет.
— Здесь речь идет не о конкретных средствах, — заявил, в частности, экономист Никита Масленников.
— 717 млрд рублей в системе ПДС — это средства хоть и большие сами по себе, но не критичные. Минфин выступает здесь не с позиции того, что у него отнимают деньги, на которые рассчитывало государство, а с позиций того, что нарушается сам замысел этой программы — люди обналичивают субсидии выходя из программы, экономика же не получает ровно никакой отдачи.
«СП»: А какой должна быть по замыслу эта отдача?
— Мы постоянно забираем у Фонда национального благосостояния (ФНБ) средства на какие-то инфраструктурные программы.
В год получается в среднем 500 млрд рублей. И к настоящему времени объем таких ликвидных средств ФНБ, которые можно взять и потратить, условно говоря, прямо сейчас, сократился до 2%. А для устойчивого развития экономики, на случай каких-то непредвиденных рисков вроде кризиса в мировой экономике, нужно, чтобы они достигали минимум 5−7% ВВП.
Собственно, программа ПДС и была ориентирована на то, чтобы финансировать «длинным деньгами» долгосрочные инфраструктурные проекты вроде строительства высокоскоростных магистралей, объектов здравоохранения, ЖКХ и так далее. Это первая, основная цель ПДС.
Вторая — создание долгосрочного стабильного источника дохода граждан после выхода на пенсию. Ведь проблема страховой пенсии в России в том, что ее коэффициент замещения по отношению к средним зарплатам в стране устойчиво идет вниз. По итогам прошлого года, например, он составлял менее 30%, а в моменте было даже и 24%. Все из-за роста заработных плат в последние годы.
В международной же практике если этот коэффициент достигает в пенсионной системе страны 40%, то это только на «троечку» тянет. А «пятерка» — это 80−90%. В Японии, например, в некоторые годы он даже за 100% переваливал.
Так что в сравнении с современными развитыми странами наша страховая пенсионная система — как одноногая цапля.
И задача ПДС была в том, чтобы дать пенсионерам еще один источник обеспечения жизни за счет дополнительного личного, образно говоря, фонда, сопоставимого с той пенсией, которая пенсионерам назначается в страховой системе. А тут такая практика по «монетизации госсубсидий» возникла.
«СП»: Навряд ли пенсионеры и предпенсионеры делают это со злым умыслом.
— Практика эта, я считаю, локальная и связана с конкретными проблемами конкретных людей. Их мотивация понятна — раз такой источник дохода появился и работает, то отчего же им не воспользоваться-то. Но только вот взять-то они взяли деньги через год, а потом что? Все? На что дальше жить?
«СП»: Но многие из пенсионеров жалуются на то, что ПДС им навязывают в банках, причем весьма хитро, не раскрывая того, что срок программы ПДС минимум 15 лет. Так стоит ли удивляться тому, что многие из них, не рассчитывавшие на столь долгий срок, разобравшись в деталях, спешат расторгнуть договор при первой же возможности?
— Такая проблема, к сожалению, действительно есть. Банки же заинтересованы в том, чтобы привлечь дополнительные средства.
И ПДС, имея длинный ресурс, превращается для банка в долгосрочный депозит, который повышает ликвидность, увеличивает капитализацию и так далее. Поэтому случаев, когда специалисты банков таким образом решают вопрос с клиентами в свою пользу, встречаются нередко. Их, говоря простым языком, элементарно разводят. Мол, вы деньги банку отдайте, но о том, что получите их обратно только через 15 лет — ни гу-гу.
«СП»: Если все же намерение Минфина продлить срок запрета на вывод средств в системе ПДС до пяти лет будет законодательно реализовано, не приведет ли это к оттоку желающих воспользоваться ей?
— Я думаю, как раз сейчас именно это и изучается внимательнейшим образом. Потому что на данном этапе тот приток участников программы, который есть, существенно ниже того, что ожидался на старте ПДС.
Полагаю, что для усиления мотивации потенциальных участников ПДС надо будет подправить некоторые аспекты программы. Например, расширить спектр вложения средств в рамках ПДС в разного рода финансовые инструменты, а также расширить возможности перекладывания средств из одного инструмента в другой с точки зрения получения как можно большей доходности.
А там и до пересмотра всех оснований для изъятия средств из системы недалеко. Здесь, собственно говоря, уже накопилось достаточно много вопросов по ситуациям, когда, кому и в каком объеме можно эти средства использовать.
Есть над чем серьезно поразмышлять и монетарным, и экономическим нашим властям, и всему депутатскому корпусу. Потому что те мотивации, которые закладывались в систему ПДС изначально, до сих пор не реализованы в полной мере. И без этого, боюсь, предложение Минфина, конечно, может дать очень нежелательную реакцию и с точки зрения формирования долгосрочного резерва длинных денег для государства, и с точки зрения обеспечения выходящим на пенсию людям более-менее достаточного уровня доходов. И это реальная проблема.
