Состояние председателя совета директоров Магнитогорского металлургического комбината (ММК) Виктора Рашникова за декабрь 2025 года увеличилось почти на миллиард долларов.
По данным Bloomberg Billionaires Index, к началу января капитал Рашникова достиг 10,5 млрд долларов США. При этом основные показатели знаменитой «Магнитки» в 2025 году не радовали.
Последние известные результаты деятельности комбината публиковались за 9 месяцев 2025 года. Производство угольного концентрата выросло на 16,2%, если сравнивать с тем же периодом 2024 года. Остальные показатели были в минусе. Выплавка чугуна снизилась на 10,6%. Производство стали — на 13,7%. Продажи металлопродукции по группе ММК снизились на 10,4%.
Причина — падение внутреннего спроса в России на сталь. На сайте «Финам» было сообщение, что ММК может отказаться от дивидендов за 2025 год.
ММК — крупнейшее предприятие Челябинской области и одно из немногих, которым все еще владеет местный житель. Волна национализации крупных компаний привела к тому, что контроль за ведущими предприятиями теперь сосредоточен преимущественно в руках федеральных олигархических групп, которые пользуются особым доверием Кремля.
По стране таких предприятий уже сотни. Но у Рашникова добрые давние отношения с президентом России Владимиром Путиным.
Эксперты «СП» сходятся во мнении, что ММК национализация не грозит. Хотя в истории приватизации комбината есть своя ахилесова пята.
Экономист, руководитель «Центра анализа и прогнозирования» Сергей Гордеев в беседе с корреспондентом «СП» высказал свои предположения.
— Ситуация на самом деле не новая. Исходя из масштабов средств (речь идет о сумме, сопоставимой с годовой прибылью ММК), можно говорить о предшествующих накоплениях владельца «Магнитки», которые теперь выведены. Видимо, изменилось направление инвестирования. Где-то деньги высвободились. Не так важно, где именно.
Год назад примерно такая же ситуация была у другого владельца крупнейшего металлургического комбината «Северсталь» Мордашова.
И в мировой практике похожие ситуации бывали. Например, Уоррен Баффет, один из богатейших людей мира, в 2024 году продал крупный пакет акций одной из ведущих мировых компаний, которым владел. Тоже вышел в кэш. Изменил тем самым свою стратегию инвестирования.
«СП»: Ситуация с ростом состояния Рашникова может быть связана с предпродажной подготовкой предприятия?
— Может. И если это так, мы стали свидетелем финансовой операции по выходу в кэш. В конечном счете такая денежная масса не повиснет в воздухе. Деньги куда-то будут вложены. Но уже не в ММК.
«СП»: Куда именно они могут быть вложены, есть предположения?
— Трудно что-то сказать наверняка. Детали за кадром. Но сейчас для ММК, предприятия даже не национального, а глобального масштаба, мировой рынок чёрных металлов не является перспективным. Для вложения денег найдутся более интересные направления.
«СП»: Других похожих ситуаций в России сейчас, кажется, нет. Когда показатели компании падают, а состояние владельца растет.
— В случае с Рашниковым бросился в глаза масштаб. Сама ситуация достаточно закономерна. Переводом денежной массы из реальной экономики в финансовую сферу не удивишь.
Даже немного пониженная до 16% ставка ЦБ делает вложения в финансовые инструменты порой вдвое выгоднее, нежели вклад в реальную экономику. И помимо высокодоходных облигаций Федерального займа Минфина РФ интересных финансовых инструментов, в том числе непубличных, множество.
«СП»: Если продажа ММК случится, какими могут быть последствия?
— Стратегия развития комбината претерпит изменения, будет новый владелец или не будет. Предполагаю последствия просто в силу вывода значительной денежной массы из конкретного производства. Это серьезный шаг.
Допускаю, идет реструктуризация отрасли в целом. Мы живем в динамичное время. Ситуация вокруг Рашникова и ММК — признак экономической турбулентности.
В свою очередь почетный металлург, бизнесмен Павел Рабин, чья компания в 90-х годах была одно время держателем реестра акционеров ММК, в разговоре с «СП» заметил, что рост состояния владельца по версии Bloomberg может быть не связан с тем, прибыльна или убыточна компания.
«СП»: У Рашникова состояние выросло почти на миллиард долларов. Хотя основные показатели комбината в 2025 году падали: выплавка чугуна и производство стали. Как такое может быть?
— Прибыль у ММК есть. Решение по доле прибыли, которая идет на выплаты дивидендов, принимает Совет директоров либо общее собрание. То и другое Рашников контролирует. То, что он стал богаче, напрямую не связано с показателями работы предприятия. Кстати, не понимаю, почему могут ухудшаться показатели. Сужу как специалист, в том числе в сфере металлургии и финансов. Плюс давно знаю Рашникова и исхожу из логики развития ММК.
«СП»: Может быть связано накопление капитала Рашниковым с планом ухода из числа основных владельцев?
— Скорее всего, да. Приезд президента Путина в 2025 году в Магнитогорск — лишний повод думать, что еще тогда обо всем договорились.
Включая рост состояния Рашникова. Возможно, прозвучала мысль, что «пора отдавать» предприятие.
Таких данных официально нигде, конечно, нет. Но я знаю, как формировался капитал ММК. Если мои предположения верны, ситуация с переходом прав собственности на комбинат будет принципиально не похожа на то, как это было с активами других крупных предприятий Челябинской области — ЧЭМК, «Ариант», «Макфа», «Южуралзолото».
«СП»: В чем отличие? Будет просто сделка?
— Будет понятийная сделка. Без скандалов, судов, как это было с другими предприятиями. Не будет криков прежнего владельца: «Незаконно отобрали!». И не будет претензий государства, что собственность получена незаконно. Всё будет тихо, мирно и спокойно, без потери лица и авторитета. О договоренности по ММК трубить широко не будут. Вряд ли документальные следы сделки окажутся доступны широкой общественности.
«СП»: В свое время на ММК был большой скандал, связанный с 30% пакетом акций.
— Можно было когда-то обвинять Рашникова в том, что он узурпировал власть на комбинате. Но надо отдать ему должное, он много сделал и для комбината, и для города Магнитогорска. Один только парк «Притяжение» чего стоит. Понятно, он это сделал не за личные средства. Но сделал реально много. И это, по моему мнению, извиняет его за недоразумения, не совсем корректные действия, которые были в 90-х.
«СП»: Почему бы Рашникову не остаться владельцем ММК?
— Ему в этом году исполнится 78 лет. Пора на пенсию. Проблем с материальным обеспечением у него нет давно. И таких проблем не будет у его родных.
«СП»: Можно ли говорить, что владельцы крупных предприятий в России после приватизации фактически были назначенными государством олигархами? Спустя десятилетия государство в лице уже других людей, не тех, что проводили приватизацию, решило активы забрать.
— 80% успеха новых олигархов в 90-е годы было обеспечено благодаря их, олигархов, уму, энергии, изворотливости, умению налаживать правильные связи. 20% успеха обеспечила безалаберность в системе управления России. Некоторые легко получали для себя преференции.
В 90-е годы люди поднимались в бизнесе сами и как бы прикреплялись к власти. При смене президента страны некоторые сумели найти подход к новому руководству (как Абрамович). Были те, кто не нашел подход со всеми вытекающими. У новой власти свои взгляды на всё. Перемены в отношении крупнейших предприятий начинались осторожно. Потом понеслось… Но случай с ММК — особенный.
