Главное, чтобы принимаемые меры не привели к разрушению биотических связей, потому что нынешний президент США точно не читал русской и мировой классики, затрагивающей проблему «торжества человека над природой».
«Хо-хо-хо, Дональд! Гляди, как бы хуже не вышло!»
А между тем в головы советских школьников нескольких поколений вкладывали мысль о важности видового баланса. В первую очередь речь о сказке Виталия Бианки «Сова». Жаль, что никому не придет в голову сделать ее адаптацию для американского читателя: Дональд Трамп пьет чай на лужайке Белого дома. Мимо пролетает сова, президент на ее приветствие не отвечает, потому что он лучший лидер Америки в истории. Сова перестает ловить мышей, мыши разоряют гнезда шмелей, те не опыляют клевер, клевер чахнет и гибнет, коровам становится нечего есть. И добавлять в горячие напитки теперь можно исключительно соевые суррогаты.
Достаточно одной детской книжки для мистера Трампа, чтобы узнать: если выкосить всех или почти всех комаров, то:
1. Погибнет рыба в реках и озерах.
2. Возникнут проблемы с опылением растений.
3. Северные олени мигрируют в те районы, куда их не пускали комары.
4. И круг замкнется, потому что как раз олени – «транспорт» для опасных видов клещей. Спасаясь от гнуса, животные уходят на север. Удаление невидимой преграды откроет им путь на юг.
Будущее без комаров, но с бабочками
Конечно, в фантастических произведениях описываются сценарии полной санитарной победы. Например, в «Машине времени» Герберта Уэллса в 802 701 году «в воздухе не стало комаров и мошек, на земле — сорных трав и плесени. Везде появились сочные плоды и красивые душистые цветы; яркие бабочки порхали повсюду. Идеал профилактической медицины был достигнут. Болезнетворные микробы были уничтожены». Но гениальный англичанин на протяжении всей книги даже не попытался дать объяснение, как все это стало возможным, потому что мир без насекомых вообще или хотя бы без вредных насекомых — чистая утопия.
В пьесе Маяковского «Клоп» в 1979 году наступил эра чистоты и всеобщего здоровья — ученые счастливы изловить (на теле невольного «путешественника во времени» Ивана Присыпкина) «редчайший экземпляр вымершего и популярнейшего в начале столетия насекомого – живого «клопус нормалис». Но это – бытовое насекомое, их истребить можно незаметно для остальной экосистемы.
«Эпическая ярость» в комарином болоте
Прочие же виды будет сопротивляться попыткам умножить себя на ноль. Как именно – рассказывает Мамин-Сибиряк в сказке «Про Комара Комаровича — длинный нос и про мохнатого Мишу — короткий хвост». Мощный и уверенный в своих силах медведь, придя в болото, «задавил пятьсот комаров», «проглотил целую сотню», а в ответ на попытку оказать сопротивление стал колотить березой крылатых неприятелей. Среди комаров, естественно, нашелся свой Че Гевара – Комар Комарович: контратаки сделались системными, Миша, наоборот же, стал выдыхаться. И тогда «засмеялись комары тонкими голосами и бросились на медведя уже всем войском. Пищат, кружатся, лезут». В общем, отбили они свое болото, но и атаковать Мишу на его территории тоже не стали.
Может, хотя бы эту книжку переведем и отправим по адресу: 1600 Пенсильвания-авеню, Вашингтон, округ Колумбия? В любом же случае от поучений уральского сказочника польза будет: если не сражаться с букашками отучит, так хотя бы на аллегорическом уровне объяснит, почему «несокрушимых ударов» по Ирану было уже несколько, а иранцы – только смеются звонкими голосами.
